Знаймо

Додати знання

приховати рекламу

Цей текст може містити помилки.

Катари



План:


Введення

Wikitext-ru.svg
Цю статтю варто вікіфіціровать.
Будь ласка, оформіть її згідно правил оформлення статей.
Християнство
Портал: Християнство
Christian cross.svg

Біблія
Старий Завіт Новий Завіт
Апокрифи
Євангеліє
Десять заповідей
Нагірна проповідь

Трійця
Бог Батько
Бог Син (Ісус Христос)
Святий Дух

Історія християнства
Хронологія християнства
Раннє християнство
Апостоли
Вселенські собори
Великий розкол
Хрестові походи
Реформація

Християнське богослов'я
Гріхопадіння Гріх Благодать
Іпостасні союз Викупна жертва
Порятунок Друге пришестя
Богослужіння
Чесноти Таїнства Есхатологія

Гілки християнства
Католицизм Православ'я Протестантизм
Давньосхідні церкви Антитринітарії


Катари - назва, дана теологами Римо-католицької Церкви християнському релігійному руху, поширеній в XI - XIV століттях у ряді країн і областей Західної Європи (особливо були порушені Лангедок, Арагон, північ Італії і деякі землі Німеччині та Франції). Період розквіту руху припав на XII - XIII століття, а боротьба з катарами як з "небезпечної єрессю" довгий час була одним з головних мотивів політики римських пап.

У результаті посилення позиції вищого кліру католицької Церкви по відношенню до єресі був прийнятий ряд антіеретіческіх заходів юридичного характеру. Кульмінацією цих заходів стало санкціонування татом Иннокентий III первого крестового похода в христианские земли (1209-1229) - так называемого крестового похода против альбигойцев, приведшего в итоге к аннексии Францией одного из наиболее благосклонных к катаризму регионов Европы - Лангедока. Учрежденная в 1229-1232 году папская инквизиция, созданная специально для борьбы с катарами при поддержке короля Франции в Лангедоке и партии гвельфов в Италии, организовала систематические репрессии, завершившиеся полным уничтожением движения.

Наиболее значительными вехами в истории подавления катаризма, вызывающими интерес историков, является сопротивление укрепленного поселения Монсегюр, сдавшегося королевской армии в марте 1244 года, а также "реконкиста братьев Отье" 1300-1310 гг. Последнего известного нам катарского проповедника Лангедока, связанного с братьями Отье Гийома Белибаста, сожгли на костре между сентябрем 1321 года и ноябрем 1322 г. [Анн Бренон, "Последнее путешествие доброго человека"].

С движением катаров связан ряд легенд, нашедших отражение в произведениях европейского искусства и фольклора. Починаючи з эпохи Просвещения и по сей день катаризм оценивается большинством исследователей как самый серьёзный противник Римско-католической церкви до начала Реформации, во многом повлиявший на религиозные процессы XIV - XVI веков.


1. Походження назви

Как принято считать в современной европейской историографии [1] [2] [3], слово "катары" применительно к представителям этого движения было впервые употреблено в 1163 году рейнландским клириком Экбертом из Шёнау.

Когда я был каноником в Бонне, то часто вместе с братской мне душой (unanimis) и другом Бертольфом спорил с ними и обращал внимание на их ошибки и методы защиты. Много вещей я узнал от тех, кто был с ними вначале, а потом ушёл Это люди, которых у нас в Германии называют "катарами", во Фландрии "фифлами", во Франции "ткачами", потому что многие из них предпочитают это ремесло [4]

Экберт соединил распространённое ранее латинское название cattari (фр. catiers , то есть "котопоклонники" - из-за якобы бытовавших у еретиков ритуалов с участием кошек) с греческим καθαρος, тем самым ассоциируя их с существовавшим в эпоху раннего христианства движением новациан, именовавших себя "кафарами" (от греч. καθαροί - "чистые, неосквернившиеся") [5].

Термин впоследствии часто использовался в документах инквизиции, откуда перешёл в первые исторические исследования, посвящённые "альбигойской ереси". Несмотря на то, что слово "катары", по сути, было пренебрежительной кличкой, оно надолго закрепилось в качестве основного названия, наряду с "альбигойцами". Кроме этих двух, в адрес катаров в разных местностях употреблялись также названия "манихейцы", "оригенисты", "фифлы", "публикане", "ткачи", "болгары" (фр. bougres ), "патарены".


2. Історія

2.1. Возникновение и истоки

Катаризм не являлся принципиально новым мировоззрением, возникшим в Середні століття. Богословские воззрения, впоследствии характерные для катаризма, можно найти также у первых учителей христианства, испытавших влияние гностицизма и неоплатонизма (напр., Ориген Александрийский).

Первые исследователи, опиравшиеся преимущественно на антиеретические труды католических богословов, вслед за их авторами искали корни катарского вероучения в восточных влияниях, особенно в зороастризме и манихействе, проводя прямую линию происхождения катаров от Мани через павликиан и богомилов. Соответственно, катаризм считался изначально нехристианским феноменом, утвердившимся на почве европейского христианства.

В настоящее время, после открытия большого числа новых источников, эти взгляды подвергаются пересмотру. Большинство современных исследователей (Ж.Дювернуа, А.Бренон, А.Казенаве, И.Хагманн и др.) считают катаризм одним из многочисленных, однако уникальных христианских движений, выявившихся одновременно в Западной и Восточной Европе в период эпохи Тысячелетия. Это движение было представлено различными общинами, не обязательно связанными между собой и иногда различавшимися доктриной и образом жизни, но представлявшими некое единство в области структуры и обряда, как во временных рамках - между X и XV столетиями, так и в географических - между Малой Азией и Западной Европой. В Восточной Европе и Малой Азии к таким общинам относят богомилов. Богомилы Византии и Балкан, а также катары Италии, Франции и Лангедока представляли собой одну и ту же церковь [6].

Для катарских текстов характерно отсутствие отсылок к текстам нехристианских религий. Даже в наиболее радикальных своих положениях (напр., о дуализме или о перевоплощениях) они апеллируют только к христианским первоисточникам и апокрифам. Теология катаров оперирует теми же понятиями, что и католическая теология, "то приближаясь, то удаляясь в их толковании от генеральной линии христианства" [7].


2.2. Первые средневековые упоминания

Ожидания конца света, который сначала предсказывали в 1000 году, потом в 1033 году, а также очевидный кризис европейского христианства [8], породили в народе надежды на обновление религиозной жизни. К этому периоду относятся как реформы, санкционированные папством (см. Клюнийская реформа), так и неофициальные (еретические) попытки реализовать идеал апостольской жизни. Уже в первых монашеских хрониках эпохи Тысячелетия в одном ряду с описаниями различных бедствий появляются сообщения о "еретиках, колдунах и манихейцах".


2.2.1. Східна Європа

Ранние свидетельства о богомилах в Византийской империи относятся к X-XI вв., причём богомилы в них выглядят как собратья западных еретиков, которых с XII века начинают называть катарами. Сами катары, по свидетельству западноевропейского монаха Эвервина де Стейнфельда, претендовали на то, что их традиция сохранялась с давних времен ещё их братьями в Греции, от которых воспринята и продолжается ими самими до сего дня. [9]

2.2.2. Західна Європа

В самый разгар движения за духовную реформу в XI веке одновременно во многих регионах Западной Европы появляются духовные движения, организованные в монашеские общины, опирающиеся на Евангелие, отрицающие легитимность иерархии Римской церкви, ряд её догматов (напр., о человеческой природе Христа) и таинств (брак, Евхаристия). Поскольку эти движения практиковали ещё и крещение через возложение рук, характерное для катаров, историки считают их протокатарами.

Различные духовные направления XI столетия имели много общих черт. Они отказывались от крещения маленьких детей, отрицали таинство исповеди (введённого при Каролингах) и таинство брака, которое как раз тогда вводилось папством. Они также отвергали действенность церковных таинств, если совершающий их священник находится в состоянии греха, а также критиковали культ Распятия, как орудия казни.

В 1022 г. [10] (по другим данным, в 1017 г. [11]) двенадцать каноников Орлеанского кафедрального собора были осуждены за ересь и сожжены по приказу капитана короля Роберта Благочестивого. Это был первый костёр средневекового христианства. Потім у Тулузе, Аквітанії і Пьемонте последовали и другие казни. Під Фландрии в 1025 г. был раскрыт "катарский учитель Гундульф" с несколькими учениками; о нём говорили, что происхождением он из Италии.

В XII веке духовные школы распространились уже по всей Европе. Это учение приобрело популярность не только у простолюдинов, но и среди знати [12]. В 1143 году рейнский монах Эвервин де Стейнфельд посылает настоящий призыв о помощи к обладавшему высокой репутацией цистерцианскому аббату Бернару из Клерво - будущему святому Бернару. Он пишет о том, что еретики, которых поймали и осудили в Кёльне, переносили муки огня со стойкостью первых христианских мучеников, и это вызвало большое беспокойство и ропот среди народа и клириков, присутствовавших при казни [9].

Другие источники того времени говорят о сожжении "публикан" в Шампани и Бургундии, "фифлов" во Фландрии, "патаренов" в Италии, и заявляют об "ужасно мерзких сектах ткачей или ариан" на Юге Франции, которых также часто называли " альбигойцами ". Есть основания считать, что все эти названия относятся к одному и тому же виду ереси.


2.3. Церкви европейских катаров

У другій половині XII века европейские еретические общины преобразовываются в структурированные церковные институции во главе с епископами.

Есть сведения о том, что около 1170 года Ницетас (Никита или Никвинта), богомильский епископ из Константинополя, совершил поездку в Западную Европу, чтобы помочь общинам катаров и поделиться опытом восточных церквей, укоренившихся в Византийской империи. Вначале он посетил Ломбардию, затем по приглашению Тулузской катарской церкви отправился в Лангедок, где руководил общим собранием западноевропейских еретических церквей в Сан-Фелис (земля Лаурагэ).


2.3.1. Окситания и Франция

У другій половині XII века в Лангедоке существовало четыре катарских церкви: Альбижуа, Аженуа, Тулузская и Каркассонская. По инициативе Тулузской и Каркассонской общин состоялось их совместное собрание в Сан-Фелис. Там они избрали себе епископов, которых высвятил Никита. "Церковь Альбижуа", более древняя, чем другие, по-видимому уже имела посвящённого епископа, Сикарда Селлерье. Именно он несколькими годами раньше, в 1165 году, в Ломбере, возле Альби, вёл диспут с католическими епископами и папским легатом в присутствии виконта Транкавеля.

Также, на катарском соборе в Сан-Фелис присутствовал епископ Франции Роберт д'Эпернон, представлявший катаров Шампани, Бургундии и Фландрии, а именно общины из Реймса, Везелэ, Шарите-сюр-Луар, Лилля и Невера.

Окситанские епископства катаров XII столетия возникли на территории двух крупных феодальных образований: графа Тулузского (вассала короля Франции) и союза виконтств, расположенных между Барселоной и Тулузой и объединённых семьёй Транкавель (Каркассон, Безье, Альби и Лиму). Граф и виконты этих земель не выказывали особого рвения в преследовании ереси. В 1177 году граф Раймунд V, искренне враждебный к еретикам, писал капитулу Сито, что он не в состоянии побороть ересь, потому что её поддерживают все его вассалы. Його син Раймунд VI (1198 - 1221) был настроен к еретикам дружелюбно. Династия Транкавелей долгое время оказывала ереси ещё большее содействие. Наконец, графы де Фуа пошли ещё дальше, непосредственно вовлекаясь в катарскую церковь.

В течение нескольких поколений соотношение сил в окситанских сеньориях было в пользу катарских церквей, и это исключало любые преследования. Перед крестовым походом против альбигойцев катаризм охватил на западе территории от Кверси до Гурдона и Аженуа ("Церковь Ажен"); в центре - территории Тулузэ, Лаурагэ и графства Фуа ("Тулузская Церковь"), на севере - Альбижуа ("Церковь Альби"), на востоке - Кабарде, Минервуа и Каркассе ("Церковь Каркассона"), простираясь даже до Корбьер и к морю. В 1226 году было создано пятое епископство, в Разес (регион Лиму), которое раньше входило в "Церковь Каркассе".


2.3.2. Северная Италия

Акты собрания в Сан-Фелис упоминают также Марка, епископа катаров Ломбардии, центром которых был Милан. Эта единая итальянская церковь под конец XII столетия разделилась на пять отдельных епархий, каждая со своим епископом и своей иерархией: "Церковь Конкореццо" (с центром в Милане), "Церковь Децензано" (возле озера Гарда), а также церкви во Флоренции, Сполето и Мантуе.

Документальные свидетельства о среде итальянских катаров, имеющиеся в распоряжении историков, выявляют четыре характерных особенности этой среды:

  • катарские общины чрезвычайно активны;
  • между ними существуют доктринальные различия (наиболее сильными противоречиями, по утверждению доминиканских инквизиторов, отличались церкви Конкореццо и Децензано);
  • несмотря на эти различия, фундаментально они представляют собой единое целое;
  • они принимают участие в общей схоластической культуре европейского общества [13].

2.4. Организация церковной жизни в катарских общинах

2.4.1. Духовенство

Для катаризма с самого начала был характерен резкий антиклерикализм (критика так называемых "предрассудков церкви Римской" - культа святых, реликвий, изображений и т. д.). Однако, критикуя "отступничество церкви Римской", они никогда не утверждали того, что Церковь и её иерархия не нужны вообще.

Как и у католиков, в церкви катаров существовало разделение на клир и мирян. Миряне (лат. credentes , или "верующие") не должны были отрекаться от своих прежних католических привычек или привязанностей, но они признавали духовный авторитет катарских наставников (лат. perfecti , или "совершенных").

Катарский клир соединял в себе смешанные функции священников и монахов. К нему причислялись как мужчины, так и женщины. Подобно католическим священникам, катарские совершенные проповедовали, обеспечивали ритуал спасения душ и отпущение грехов. Подобно монахам, они жили в общинах, соблюдали посты и воздержания и ритуальные часы молитв.

Так же, как и католический епископ в своей епархии, катарский епископ являлся источником священства, от его рук происходило посвящение членов общины. Крещённые/высвяченные епископом верующие вели жизнь, посвященную Богу, и считали, что имеют власть отпускать грехи. Эта власть, как считалось, передаётся от "одних добрых людей к другим". В текстах катаров она составляет суть "ордена святой Церкви". Катары считали, что их епископы передают друг другу эту традицию по прямой линии от апостолов.

Во главе каждой катарской Церкви стоял епископ и два его помощника (коадъютора) - "старший Сын" и "младший Сын", также высвяченные епископом на этот сан. После смерти епископа, "старший Сын" становился его непосредственным преемником. Территория епископства была разделена между определённым количеством диаконов : они играли посредническую роль между епископской иерархией и общинами, находящимися в деревнях и городках, которые они регулярно посещали. Сами епископы редко жили в крупных городах, предпочитая общины небольших городков. По мнению историков, такая церковная организация напоминает структуру ранней христианской Церкви.


2.4.2. Общины

Подобно католическим монастырям, монашеские дома катаров были местами, где проходило обучение неофитов, желавших вести религиозную жизнь. Там они на протяжении двух или трёх лет изучали катехизис и свои религиозные обязанности, после чего приносили необходимые обеты, и епископ посвящал их путём наложения рук. Церемония крещения/посвящения была публичной, и на ней обязательно присутствовали верующие.

Проповедники и проповедницы регулярно покидали свои общины для исполнения религиозного долга, а также навещали родственников и друзей в городе или его окрестностях.

Женские и мужские общины катаров жили собственным трудом. Некоторые из этих общинных домов были подобием современных хосписов, где верующие получали духовное руководство и утешение, и обеспечивали себе - как они говорили, "счастливый конец", приносящий спасение души.

Мужские монашеские общины управлялись "старшими", женские - "приориссами" или "управительницами". Монашеские дома катаров не носили закрытого характера и часто имели при себе мануфактуры. Они были очень многочисленны в городах, активно участвуя в местной экономической и социальной жизни.

Многие жители Лангедока считали катаров "добрыми христианами, которые имеют большую силу спасать души" (из показаний перед инквизицией).

Катарские монахи следовали "Правилам справедливости и правды" и евангельским предписаниям. Они избегали убийства (в том числе убийства животных), лжи, осуждения и так далее. Всё это считалось тяжким грехом, обесценивавшим нисшедший на них Дух. Согрешивший должен был совершить покаяние и заново пройти "consolament" - таинство, название которого непосредственно происходит от общехристианского термина "Утешитель" (Параклет).


2.5. Расцвет катаризма

Монсегюр

Вже в 1145 году, во время своей средиземноморской миссии, известный цистерцианский проповедник Бернар из Клерво оплакивал "ужасные оскорбления", которые аристократия окситанских бургад наносила посланникам папы. По его словам, церкви опустели, а в Верфее (замок в Альбижуа) даже не нашлось никого, кто пожелал бы послушать его проповедь. Упоминаемое выше собрание в Сан-Фелис, состоявшееся в мае 1167 года на границе графства Тулузского и виконтства Транкавель (Альби), прошло открыто и безо всяких препон со стороны светской власти. Конец столетия можно считать временами "катарского мира" в Окситании.

Согласно показаниям, собранным в ходе процессов инквизиции, в начале XIII в. в Лангедоке насчитывалось 40 000 катарских верующих (credenti) и более 1000 совершенных (perfecti). Историки делают вывод, что большая часть населения Лангедока как минимум симпатизировала катарам. Многочисленные источники литературного и позже юридического характера свидетельствуют, что "пример апостольской жизни" привлекал к "добрым людям" многих католиков.

Таким образом, в то время, как в Шампани, Фландрии, Рейнских землях и Бургундии катаров преследовали, светские власти Лангедока и гибеллинских городов Италии были толерантны к этой вере и даже защищали диссидентов от церковных властей.


2.6. Противостояние с Римско-Католической церковью

Казнь доброго человека на костре

Катары претендовали на то, что именно они являются единственной и аутентичной христианской Церковью, а римская Церковь - отклонением от учения Христа. С самого начала катарские проповедники критиковали Римскую церковь за её чрезмерно мирской характер. Многочисленные пороки католического клира, стремление папства к богатству и политической власти, отступление религиозной практики от евангельских идеалов "апостольской бедности" являлись для них свидетельством приверженности католицизма "князю мира сего".

Сами же они своей жизнью и нравами на практике демонстрировали чистоту и ригоризм апостольского способа жизни, что признавали даже их противники. Катары были сторонниками абсолютного ненасилия, отказывались лгать и клясться. Многие люди того времени, как это видно из протоколов Инквизиции воспринимали их как бедных странствующих проповедников, несущих Слово Божье. Исследования 70-х - 80-х годов XX века [1] показывают катаризм как буквальное следование заповедям Христовым, и особенно предписаниям Нагорной проповеди. Как полагают современные исследователи [14], этот евангелизм являлся одним из центральных пунктов катаризма.

Тем не менее, дуалистическое христианство катаров было альтернативной религиозной конструкцией. Они не призывали к реформе клира и "возвращению к Писанию". Они заявляли о своём стремлении вернуться к чистоте Церкви апостолов, которой была не "узурпаторская Римская церковь", а их собственная, "церковь Добрых христиан".

Однако при всём своём резком критицизме в адрес института католической церкви (по их терминологии - "синагоги сатаны"), катары были не склонны к проявлению враждебности в отношении самих католиков. Существует много свидетельств о мирном общении верующих обеих религий именно в тех областях, где катаризм имел значительное влияние. Сосуществование между еретическими монахами и католическим клиром на местном уровне, как правило, происходило без столкновений. Из документов Инквизиции следует, что верующие, в своей массе, считали себя принадлежащими сразу к обеим церквям, полагая, что обе они с большей вероятностью спасут душу, чем одна.

Наоборот, там, где господствовала католическая церковь, катары нередко становились объектом преследования. Отношение к ним со стороны римских иерархов было резко нетерпимым. Местные правители, верные папе, стремились захватить их и "кого не могли оторвать от безумия, сжигали огнём".

В первые десятилетия преследования были скорее эпизодическими. Пока осуждение еретиков было делом епископских судов, Церковь колебалась в выборе методов репрессий. Вначале казни происходили по приговорам светской власти. Но постепенно соборы и понтификальные буллы подготовили почву для законотворчества Церкви в области ереси.

В конце XII века противостояние между катаризмом и католицизмом усилилось. Папство, встревоженное распространением ереси, усилило нажим, что вызвало ответное обострение критики со стороны катаров. Папа посылал цистерцианские миссии в Тулузу и Альби в 1178 и 1181 годах, но миссионеры не пользовались содействием местных правителей и практически ничего не добились от них в деле преследования ереси.

В 1179 году Третий Латеранский собор католической церкви осудил катарскую ересь (вместе с ересью вальденсов). Веронские декреталии, согласованные между папой и императором в 1184 году, явились первыми мерами общеевропейского масштаба против еретиков. Ересь была приравнена к государственному преступлению - "оскорблению величества" по отношению к Богу. Церковный собор в Нарбонне дал епископам обязательное к выполнению поручение разыскивать еретиков и докладывать о них вышестоящим.

Параллельно проводились попытки публичной дискуссии. Посланцы папы Иннокентия III - Рауль де Фонтфруад и Пьер де Кастельно - проводили открытые теологические дебаты с "добрыми людьми". Успеха это не принесло, напротив, распространение катаризма продолжалось. Убедившись в бесплодности богословских попыток, кастильский каноник Доминик де Гусман решил перенять для борьбы с ересью методы самих еретиков. З 1206 года он начал проповедовать в Лангедоке, соблюдая обеты бедности и нищенствования. Ему удалось добиться нескольких десятков обращений в католицизм. Однако и эта проповедь не принесла желаемого результата.


2.7. Альбигойские войны

Мемориальная доска "Здесь 12 июля 1210 года 180 совершенных было сожжено в огне за катарскую веру и независимость Окситании "

В 1209 году папа Иннокентий III призвал к крестовому походу против катаров, получивший название альбигойского (от названия города Альби). Откликнувшись на этот призыв, бароны Франции и Европы в 1209 году атаковали земли графства Тулузского и виконтства Транкавель. Руководство походом осуществлял папский легат Арнота Амори, аббат Сито.

Для крестового похода против альбигойцев характерны жестокие расправы с мирным населением (Безье в 1209 году, Марманде в 1219 году), а также огромные массовые костры, где сжигали еретиков - в Минерве (140 сожжённых в 1210 году), Лаворе (400 сожжённых в 1211 году). Однако местное население, для которого война носила как религиозный, так и национально-освободительный характер, оказывало активное сопротивление крестоносцам, поддерживая своих законных графов.

В 1220 году окончательно стало ясно, что попытка насадить в Тулузе и Каркассоне католическую династию Монфоров потерпела неудачу. Общины катаров, которым крестоносцы поначалу нанесли серьёзный урон, начали постепенно восстанавливаться.

В 1226 году Людовик VIII Французский, сын Филиппа-Августа, решил восстановить себя в правах на средиземноморские графства, переданные ему Монфором, и сам возглавил французскую армию, двинув её против Раймунда Транкавеля, Раймунда VII Тулузского и их вассалов. Несмотря на ожесточённое сопротивление в некоторых регионах (особенно в Лиму и Кабарет), королевская армия завоевала Лангедок. В 1229 году граф Тулузский, покорившись, подписал мирный договор, ратифицированный в Париже.


2.8. Окончательный разгром катарского движения

Жителей Каркассона изгоняют из города во время осады войсками Симона де Монфора

В 1229 году, король окончательно выиграл войну, объявленную папой, а последний воспользовался победой короля: с этого времени Церкви была предоставлена полная свобода действий. Светские властители - защитники еретиков - согласно постановлениям Латеранского Собора 1215 года и Тулузского Собора 1229 г. были лишены земель и имущества. Общины катаров укрылись в подполье. Однако они оставались очень многочисленными. Для защиты от репрессий они организовали тайную сеть сопротивления, основанную на общественной и семейной солидарности.

Инквизиция, созданная папством в 1233 году в качестве институции обязательных исповедей, имела право налагать наказания и покаяния, воссоединяя с католической верой население Лангедока. Инквизиция была передана доминиканскому и францисканскому орденам, которые кроме того, проповедовали официальную доктрину Церкви.

Инквизиция была постоянно действующим религиозным трибуналом, независимым от местных епископов. Она основывала свои расследования на систематических доносах и использовала исповеди в качестве показаний. Эта эффективная система смогла в течение нескольких поколений уничтожить связи солидарности, защищавшие еретиков в подполье.

Инквизиция ввела дифференцированную систему наказаний - от ношения желтых крестов, нашитых на одежду, до конфискации имущества и пожизненного заключения. Смертный приговор - посредством передачи осужденного в руки светской власти - был зарезервирован для подпольного клира, то есть для Добрых Мужчин и Добрых Женщин, которые отказывались отречься, а также для верующих, вновь впавших в свои заблуждения, то есть в ересь. Умершие в "еретической мерзости" приговаривались к эксгумации и сожжению их останков, а их дома - к разрушению.

После заключения Парижского соглашения, согласно которому граф Тулузский подчинился королю Франции, иерархия катарских Церквей Тулузы, Аженуа и Разес обратилась к владельцу небольшой укрепленной деревни на горе Монсегюр Раймонду де Перейлю с просьбой разрешить устроить там "престол и средоточие Церкви". Он согласился, и с 1232 по 1243 год из монашеских домов Монсегюра регулярно посылались миссии для подпольных проповедей и уделения таинств.

Пытаясь избежать последствий Парижского трактата, граф Раймунд VII Тулузский вступил в союз против французского короля с королем Англии и графом де Ла Марш. В мае 1242 года он склонил рыцарей из Монсегюра к карательной операции против странствующего трибунала Инквизиции, находившегося тогда в Авиньонэ (Лораге). Он считал, что это послужит сигналом к всеобщему восстанию. Инквизиторы были убиты, их реестры уничтожены, а население взялось за оружие. Но поражение союзников графа заставило его просить мира. Монсегюр остался без защиты и в 1243 году был осажден войсками короля Франции. Почти через год после начала осады Монсегюр был сдан и 16 марта 1244 года общины Добрых Мужчин и Добрых Женщин Монсегюра - около двухсот монахов и монахинь - а также около двадцати светских людей, добровольно присоединившихся к ним, были сожжены вместе со своими епископами. Многие историки считают, что костер Монсегюра знаменовал не только конец организованных катарских Церквей в Окситании, но также и конец политических расчетов графа Тулузского на независимость.

После костра в Монсегюре 16 марта 1244 года, последнее катарское подполье, лишившись организованной структуры, было разгромлено. Остатки иерархии сумели более или менее сохраниться в изгнании, в Ломбардии, но с этого времени Церковь катаров в Окситании могла только бороться за выживание.

К концу XIII столетия катаризм практически уже не существовал в Окситании. Однако Пейре Отье, бывший нотариус из Акс ле Терме, близкий к графу Роже-Бернару де Фуа, начиная с 1299 года, возглавил маленькую группу Добрых Людей, "непреклонных в своей решимости возобновить евангелизм катаров на их прежних территориях" [15]. Среди них был родной брат Пейре Гийом Отье и сын Пейре Жаум. Используя свои семейные и дружеские связи, а также остатки бывшего еретического подполья, они смогли, в течение многих лет, "раздуть пламя катаризма от Кверси до Пиренеев" среди верующих, которых было ещё достаточно много.

Попытка того, что историки называют "Реконкистой братьев Отье", продолжалась с 1300 по 1310 год. Изучение документов Инквизиции показывает, что успех этой катарской Реконкисты зависел от возможности резко увеличить количество подпольных пастырей. Однако Инквизиция выловила и сожгла, одного за другим, всех подпольных проповедников. Жаума и Гийома Отье сожгли в Каркассоне в 1309 году. Амиеля де Перля и Пейре Отье в Тулузе в 1310 году [16]. Единственным, кому удалось бежать в Каталонию, был Гийом Белибаст. Обманутый двойным агентом, он был схвачен и сожжён в Виллеруж-Терменез в 1321 году по приказу архиепископа Нарбонны. Это событие считается концом окситанских катарских церквей.


3. Религиозные взгляды катаров

3.1. Источник сведений

Гностицизм
Simple crossed circle.svg

Перська гностицизм
Мандеи | Манихейство

Курдский гностицизм
Язданізм :
Єзиди | АХЛ-е Хакко | Алевіти

Сиро-египетские гностики
Сіфіане | Валентініаном | Васілідіане

Відомі гностичні автори
Симон Волхв | Менандр | Валентин | Маркіон | Керінт | Василид | Мані

Пізній гностицизм
Офіти | Каїніту | Карпократи | Борборіти

Середньовічний гностицизм
Павлікяани | Тондракийцев | Альбігойці | Богомилы | Катары | Вальденси

Гностицизм в Стародавній Русі
Стригольники | Жидівство | Новгородський кодекс

Гностичні писання
Библиотека Наг-Хаммади
Загублені кодекси
Книги Иеу
Кодекс Чакос

Катаризм известен по трём категориям исторических источников. Прежде всего, это писания самих катаров. Они должны были быть очень многочисленны, однако в годы преследований почти все материалы были уничтожены инквизицией. Тем не менее, до наших дней сохранились два богословских трактата и три "ритуала".

Один из этих трактатов - сохранившаяся во Флоренции "Книга о двух Началах". Этот латинский манускрипт, датированный ок. 1260 г., представляет собой резюме фундаментального труда, написанного катарским доктором Джованни де Луджио из Бергамо ок. 1230 г. Другой трактат, обнаруженный в Праге в 1939 году, является латинской копией анонимного манускрипта, первоначально написанного на языке ок в начале 13 столетия, автором которого был, очевидно, "совершенный" Бартомью из Каркассона. Оба эти документа служат основным источником современных сведений о катарской теологии. Материал для изучения катарской литургии дают Латинский Ритуал из Флоренции, Провансальский Ритуал, сохранившийся в Лионе и содержащий полный перевод Нового Завета на окситан, и ещё один Ритуал на окситан, находящийся в Дублине. Каждый из этих документов датируется приблизительно 1250 годом.

Следует также упомянуть о нескольких апокрифических писаниях. Прежде всего, это "Видение Исайи" (старинный текст, используемый ещё богомилами) и "Вопросы Иоанна" (текст, переданный богомилами итальянским катарам около 1190 года).

Источником сведений о катаризме служат также полемические работы католических теологов, анализирующие и пытающиеся опровергнуть катаризм. Известно более 30 таких произведений, написанных в конце XII-XIII вв., правда, не все они имеют одинаковую ценность и важность. Многие из них не пытались исказить описываемую ими религию, наоборот, содержат многочисленные предупреждения о том, чтобы читатель не верил "досужим вымыслам о катаризме", распространяемым уже в то время. Авторов интересовали серьёзные доктринальные вопросы, которые они детально исследовали с большой интеллектуальной честностью, несмотря на своё крайне враждебное отношение к катаризму. Особенно это касается "Liber contra Manicheos" Дюрана де Уэски (бывшего вальденса, обращенного в католицизм), "Summa quadrapartita" Алана Лилльского, "Summa adversus catharos" Монеты Кремонского, а также работа Райнерия Саккони (бывший "Совершенный" катаров, обращенный в католицизм и ставший доминиканцем и инквизитором).

Наконец, последняя группа документов - источники юридического характера: показания и допросы, собранные инквизицией начиная с 1234 года. Большинство из этих источников до сих пор не опубликовано (за исключением реестров инквизиторов Жака Фурнье и Жоффре д'Абли). Именно там содержится огромное количество информации о социальной жизни того времени и о том, что представляло собой сформированное катарами общество. Что же касается доктрин, верований и ритуалов, то данные инквизиторов только дополняют предыдущие источники. В одном из показаний приводится например, даже молитва верующих катаров Лангедока: "Paire sant, Dieu dreyturier de bons speritz" (Отец Святой, Боже правый добрых духов).


3.2. Святе Письмо

Священным Писанием в катаризме признавался Новый Завет, составлявший основу вероучения катаров, в особенности Евангелие от Иоанна. Большое значение также придавалось Посланиям ап. Павла.

Ставлення катарів до Старого Заповіту було в цілому критичним. Значну частину старозавітних писань вони відкидали. Старозавітний Бог в їхньому уявленні - не хто інший, як бог гніву, "бог віку цього або князь світу цього", зле начало. Щоб вірніше ввести людей в оману і відвернути від рятівного шляху, він змусив їх поклонятися собі. Доказом на користь того, що Старий Завіт інспірований "князем світу цього", катари вважали достаток в ньому жорстокості і надмірна увага до плотської стороні буття.

Навпаки, деякі книги пророків користувалися у катарів великим шануванням - а саме ті, які явно свідчать не про мстивим і ревнивом Бога Ізраїля, а про Бога благом і духовному, якого і повинен був явити людям Христос.

Святе Письмо катари переводили на народну мову, хоча в молитовній практиці переважала латинь. Читання Євангелія від Іоанна було передбачено, зокрема, під час церемонії Consolamentum. У цьому випадку читання вголос починалося зі слів "In principio" і закінчувалося словами "gratia et veritas per Jesum Christum facta est". Характерні для цього Євангелія протистояння Світло - Пітьма, Правда - Брехня, "Бог" - "світ" служили для катарів підтвердженням їх дуалізму. Притча, яка наводиться в Євангелії від Матвія про поганих і хороших деревах, які пізнаються по їхніх плодах, була для них символом прикладу Христа, по спадкуванню якого можна розпізнати справжніх християн. Всі книги, написані катарами і відомі нам з XIII століття, грунтуються на виразі "Царство Моє не від світу сього".


3.3. Теологічна доктрина

Тулузький хрест

Катаризм - релігія порятунку, заснована на Одкровенні. Катари використовували християнські міфи про падіння ангелів і Люцифера, а також про битву між архангелом і злісним драконом, для підтвердження євангельського дуалізму, протиставляв Бога милосердя і любові реаліям цього світу. У Святому Письмі вони бачили перевагу постулату про милосердя Боже постулату про Його всемогутності. Вони бачили в людських душах занепалих ангелів, укладених в тілесні в'язниці в світі, який у злі лежить, і який не від Бога. Їх дуалізм був заснований на протиставленні невидимого світу світла Божого і цього світу, приреченого на руйнування і смерть злим творцем, якого вони називали Люцифером або яким-небудь іншим ім'ям диявола. Душі людей, ангели, занепалі з божественного творіння, були захоплені драконом, разом з ним скинули в цей світ, і тепер чекають позбавлення від свого земного посилання: обіцяного Христом порятунку. Тому доктрина і культова практика катарів спирається на Євангеліє, тлумаченню якого вони приділяли багато уваги. Катарські проповідники засновували свої тези на цілому корпусі посилань на Писання. Саме так вони інтерпретували послання Христа, Сина єдиного істинного Бога, посланого Отцем у цей світ, "князем якого є Сатана", щоб, нарешті, принести загиблим вівцям, занепалим ангелам, можливість порятунку і повернення на небесну батьківщину


3.3.1. Дуалізм

В католицьких джерелах того часу зустрічаються багато згадок про те, що катари вірять "в двох богів - одного доброго, а другого злого ..." Однак, на думку більшості академічних авторів, зокрема Жана Дювернуа, таке подання їх дуалізму є спрощеним і тенденційним. Воно відбувається з судових джерел, переважно з нотаріального формуляра. Однак з більш безпосередніх документів або документів кращої якості дуалізм набуває не настільки спрощену форму. Підставою метафізики катарів дійсно є віра в два начала. Але дуалізм катарів не є вихідним пунктом, а наслідком роздуми і рефлексій, висновком з аналізу Біблії. Метафізичну рефлексію катарів можна визначити як дуалістичне прочитання Євангелій. Вся система Катаризм заснована на Новому Завіті. Проте їх Текст Нового Завіту в одному місці відрізнявся від тексту ортодоксальної Біблії. Синодальний переклад говорить: [Іо. 1, 3]: "Усе через Нього повстало, і без Нього ніщо не почало бути, що почало бути". [Іо. 1, 4]: "У Ньому було життя, і життя було світло ...". Катари ж переводили цей уривок так: [Іо. 1, 3]: "Усе через Нього повстало, а без Нього ніщо повстало ". [Іо. 1, 4]:" Все, що в Ньому, було життям, і життя було світло ... ". Таким, як вони вважали, повинен бути переклад латинських слів Вульгати : sine ipso factum est nihil.

Таким чином, сенс цитованого уривка з Прологу Євангелія від Іоанна виглядає так: все через Нього стало бути - тобто, те, що реально " є "стало бути через Нього. Навпаки," без Нього ніщо стало бути "- тобто, те, що по-справжньому" не є ", те, що" без любові ", згідно з виразом святого Павла, яке охоче цитували катари:" ... якщо не маю, - то я ніщо "(1 Кор. 13, 2).

Це означає, що катари розрізняли два творіння: справжнє, справи якого насправді "є", тобто, творіння Боже ("Усе через Нього повстало"); й ілюзорне, справи якого не мають справжнього буття, цей видимий світ, асоційований ними з " небуттям "(" а без Нього ніщо повстало "або ж," всі речі без Нього почали бути ", як казав П'єр Отье). Видимий світ," цей світ ", не є творінням Божим. Він виник з іншого початку.

Дуалізм катарів припускав абсолютну незалежність коренів добра і зла по відношенню один до одного. Вони засновували свою діалектику на Логіці Аристотеля : "Протилежні принципи є протилежностями", отже, добро і зло, є протилежностями, походять від протилежних принципів.

Метою дуалізму катарів було звільнення Бога любов, про яку йдеться в Євангелії, від відповідальності за походження зла і світу. Для них Бог-Отець перебував у своєму невидимому Царстві, а приречений на руйнування світ був справою рук злого творця: диявола або повсталого ангела.


3.3.2. Людина і світ. Рай і пекло. Вчення про перевтілення

Пейре Отье (останній великий проповідник Катаризм) говорив, що після кінця світу весь видимий світ буде ... ... знищений, і це він назвав пеклом. Але всі душі людські виявляться тоді в раю, і в небесах буде стільки ж щастя для однієї душі, скільки і для іншої; всі будуть врятовані, і кожна душа буде любити іншу, як люблять свого батька, матір чи своїх дітей ...

Реєстр Інквізиції Жака Фурньє

Катари, відмовляючись приписувати Богові відповідальність за справи світу цього і влада в цьому світі, проповідували Царство Боже не від "світу цього, який у злі лежить", згідно з визначенням апостола Іоанна. У цьому світі вони бачили єдино можливий пекло, але пекло минущий, який, в кінці часів, прийде до свого кінця, не маючи нічого спільного ні з вічністю, ні з Богом, ні з Його благим творінням. Цей кінець часів настане тоді, коли всі душі людей будуть врятовані і повернуться до свого Творця.

Ця версія представляє оригінальну форму середньовічного християнства позбавлену середньовічного символізму. Ніщо видиме не могло, з точки зору Добрих християн, свідчити про Бога чи бути священним символом, ні хрест, ні голубка. Вони не будували ні храмів, ні каплиць, і практикували виліт культів та проповіді в будинках близьких людей, під покровом печери, в таверні, на лісовій галявині, стверджуючи, що єдиною Церквою Божої є серце людини.

Катари були досить раціоналістично, висміюючи католицькі забобони:

Це не Бог дає такий прекрасний урожай, а унавожіваніе землі. [17]
Навіщо ти простирається перед цією статуєю? Хіба ти забув, що це людина взяла шматок дерева і вирізав її за допомогою залізних знарядь? [18]

Катари не створювали концепції політичного і соціального порядку божественного походження, божественного права, праведного насильства або священної війни. З їхньої точки зору все людські душі, чоловіків і жінок, багатих і бідних, єретиків і прелатів, душі невірних і євреїв були благими і рівними між собою, і мали божественне походження. І всім їм, без винятку, було відкрито обітниця спасіння з милосердя Божого.

Катари не вірили ні в первородний гріх, ні в свободу волі (Книга про двох засадах):

Стає абсолютно незрозумілим, яким чином ангели, створені добрими, могли зненавидіти добро, подібна до неї, і що існувала вічно, а також, чому ці добрі ангели схилилися до злу, ще не існував, і полюбили його ...

Вони вважали, що справжня природа будь-якої створеної Богом душі - блага. Вони також, на думку багатьох дослідників (Неллі Рене, Бренон Анн, Мішель Рокеберт), звільнили жінок від почуття провини "гріха Єви", заснованому на біблійній мізогінії.

У трактатах і ритуалах катарів немає ніяких згадок, що роз'яснюють послідовне переселення душ з однієї тілесної в'язниці в іншу. Тільки в антікатарской полеміці і свідченнях перед Інквізицією міститься інформація на цю тему. Однак теоретичні тексти Добрих Християн стверджують, що попри те, чого навчають католицькі клірики, Бог не створює нескінченно нові душі, щоб одного разу зупинити час і судити всіх, в тому стані, і віком, в якому Він їх застане. Навпаки, певна кількість божественних душ лягло в рабство тіл, і тепер вони повинні "прокинутися" від цього світу, перед тим, як почути покликання покинути його і повернутися на небесну батьківщину.

Як вже було сказано, вони вірили в загальне спасіння всіх божественних душ, які потрапили в рабство тіл під час творіння злого світу. Вони вважали, що переселяючись з тіла в тіло після свого падіння, ці душі отримають досвід і можливість пізнання Добра, усвідомлюють свою приналежність до іншого світу, будуть покликані Богом возз'єднаються з Ним [19].

Термін " Кінець світу "займає значне місце в есхатології катарів: але це в жодному разі не раптовий кінець. У міру того, як божественні душі будуть усвідомлювати своє небесне походження, відмовлятися від злого світу, залишати його, злий світ буде спустошуватися від буття - тому що тільки Бог може бути творцем Життя або буття - до того дня, коли остання втілена душа буде звільнена земної смертю від стану забуття. Тоді "видимий світ повернеться до свого небуття", а божественне творіння, заражене тимчасовою втратою буття, возз'єднається з вічністю.


3.3.3. Христос. Дух Святий

Незважаючи на аргументи, які можна виявити в протоколах інквізиції, неможливо заперечувати християнську сутність Катаризм. Христос стоїть у центрі їх релігійної освіти і є серцевиною їх віри. Однак розуміння його значно розходиться з уявленнями католиків.

Катари, зокрема, заперечували, що Христос спокутував своєю жертвою людські гріхи [20]. Він тільки виклав вчення про спасіння, що міститься в Євангеліях. Більшість з них не погоджувався з ідеєю про людську природу Христа. Катари вважали, що він прийняв подобу людини, і його прихід, життя серед людей і смерть були тільки видимістю. Теологія катарів також стверджувала, що саме Христос заснував їх версію християнства.

Деякі вважають, що релігія катарів є переважно докетіческой : Син Божий, еманація Бога або Ангел Божий, згідно з різними школам катарів, був людиною тільки по-видимості, а не в тілесній реальності посланий у цей світ, і тільки по-видимості Він помер на хресті. Хоча не всі проповідники або віруючі катарів були докетістамі в одній і тій же мірі, і були такі, хто допускав, що Він міг страждати і навіть померти. Діву Марію катари теж іноді шанували як ангела, а не земну жінку. Третім у цьому ряду був Іоанн Богослов.

Засіб Спасіння, згідно Катаризм, було євангельським, але при цьому радикально відмінним від спокутної жертви католицького Христа.

Катари вважали, що, насправді, Син Божий прийшов у цей світ не для того, щоб спокутувати первородний гріх Своєю жертвою і смертю на хресті, але просто для того, щоб нагадати людям, що їх Царство не від світу цього, і навчити їх рятівного таїнства, яке назавжди позбавить їх від зла і від часу. Це таїнство хрещення Святим Духом, Утішителем, передане Христом Своїм апостолам.


3.3.4. Ритуал і культ

Так званий Ліонський Ритуал катарів (на Окситанська мовою).

"Блага вість" Євангелія, з точки зору катарів, полягає в освіті Словом Христовим, в пробудженні душ, які отримують спасіння через хрещення шляхом накладення рук, про який сказав Іоанн Хреститель: "Той, хто йде за мною сильніше мене ... Він буде хрестити вас Духом Святим і вогнем". Христос вдихнув цей Дух в апостолів, які передали його своїм учням.

Таким чином, в катарській інтерпретації Євангелія головне значення належало П'ятдесятниці, а не Страстям. Швидше за все, ця інтерпретація є більш архаїчної. І в інтерпретації катарами священних текстів, і в їх літургії, дослідники знаходять дуже велику схожість з раннім християнством.

Таїнство consolament, що практикується катарами, служило одночасно і хрещенням, і посвятою, і причастям, оскільки одного лише хрещення водою було абсолютно недостатньо. Консоламентом також давалося відпущення гріхів, вступ на шлях покаяння, знаком влади зв'язувати і розв'язувати, яким відзначена Церква Христова. Приділяється вмираючим, це таїнство являло собою також і соборування. І, нарешті, поєднуючи душу з духом, воно було як би духовним, містичним шлюбом. Єдине, чого в ньому не було, так це Преосуществленія.

Хрещення шляхом consolament було колективної, відкритої для всіх публічної церемонією. В сопровождении Старшего или Приориссы неофит приходил в дом епископа, "чтобы отдаться Богу и Евангелию", перенять традицию молитвы "Отче Наш" - наиболее важной молитвы, которую следовало регулярно повторять в определенное время и определенное количество раз, а потом принять саму Книгу Писания. Далее, после долгой церемонии, епископ и все присутствующие Добрые Люди возлагали правые руки на голову неофита и произносили первые строфы Евангелия от Иоанна. Consolament для умирающих был аналогичным ритуалом: его уделяли двое Добрых Людей в присутствии семьи и друзей умирающего.

Документы показывают, что Добрые Христиане часто присутствовали за столом верующих. В начале каждой трапезы - исключительно вегетарианской - старшие из Добрых Мужчин или Добрых Женщин благословляли хлеб, преломляли его и раздавали всем присутствующим. Этот ритуал, наблюдаемый уже с эпохи Тысячелетия, заменял им евхаристию. Они делали это в память о Тайной Вечере, но не считали, что едят Тело Христово, когда преломляют хлеб; для них эти слова из Евангелия символизировали Слово Божье, которое распространяется по миру.

Если какой-нибудь верующий встречал Доброго Мужчину или Добрую Женщину, то приветствовал их тройной просьбой о благословении, или, на окситан, melhorier и трижды простирался перед ними в поклоне.

Под конец всякой ритуальной церемонии Христиане и верующие обменивались поцелуем мира, мужчины между собой, а женщины - между собой. Ригористические обеты целомудрия фактически запрещали катарским монахам любые физические контакты с лицами противоположного пола.


4. Оценка исторического значения катаризма

Долгое время в исторической литературе, как в значительной части отечественной, так и зарубежной, оценка исторической роли катарского движения была однозначно негативной, хотя в советской традиции, например, в БСЭ, прослеживалась тенденция к положительной оценке катаризма как движения сопротивления диктату средневекового папства, которое крайне негативно оценивалось в СССР. Главным источником, на который опирались исследователи, были опровергающие эту средневековую ересь трактаты - антиеретические Суммы, составленные теологами XIII столетия. Катаризм рассматривался как антицерковное, во многом варварское еретическое учение, угрожавшее пошатнуть позиции христианства в Европе. С 80-х годов ХХ в. после работ оксфордского историка Роберта Мура наметился пересмотр отношения к катаризму. Сегодня большинство западных исследователей катаризма склоняется к более позитивной точке зрения. По их версии, катары с их учением о любви и неприятием насилия, были попыткой европейского общества вернуться к истокам христианства (предвосхитив тем самым Реформацию Лютера) и тем самым создать альтернативу католицизму, переживавшему глубокий кризис.

С этой же позиции оценивается значение других крупных религиозных движений Средневековья, предшествовавших Реформации - вальденсов, бегинов и т. п. Однако именно катаризм считается наиболее длительной и успешной из таких попыток. Силовое подавление этой попытки, принявшее характер опустошительной войны и последовавших жестоких репрессий, расценивается как один из первых в истории Европы прецедентов торжества тоталитарной идеологии.


4.1. Сучасна историографическая дискуссия по поводу катаризма

До 1950 года изучение этого вопроса находилось под исключительным влиянием теологов. Это обстоятельство привело к разногласиям в оценке происхождения катаризма. Одни исследователи (в их числе Л. П. Карсавин и автор одной из первых крупных монографий по истории Инквизиции Генри Ли) считают катаризм "неоманихейством", пришедшим на Запад с нехристианского Востока: "Существо догмы катаров совершенно чуждо христианству" [21]. Эту позицию разделяют и некоторые современные исследователи [22] [23] [24]. Однако разработка архивов Инквизиции привела к пересмотру господствующего среди историков мнения.


Катаризм - это одна из религий, которая формировала человеческое сознание, укрепляла сердца и вдохновляла огромное количество людей, от Малой Азии до Атлантического Океана, принять решение посвятить себя Богу, в период по меньшей мере, с X по XV век.... Он является одной из форм христианства и опирается - даже если мы сочтем это искажением - на Слово и обряд, который мы сами впитали с молоком матери.

Жан Дювернуа, 1977 [25]

С 50-х годов XX века медиевисты всё чаще и чаще ставят вопрос о катарской ереси, используя терминологию социальной, а не религиозной проблематики. Кроме того, начиная с 1939 года, в архивах многих европейских библиотек (в основном благодаря исследованиям доминиканца о. Антуана Дондейна) были найдены многочисленные фрагменты рукописных книг аутентично катарского происхождения. На основании анализа этих источников большинство учёных стали полагать катаризм неортодоксальным христианским мировоззрением, возможно испытавшим влияние восточных представлений, но в целом являющимся органической частью именно западной духовной культуры [26] [27] [28] [29].

Эти исследователи подчёркивают многочисленные общие черты, присущие как катаризму, так и в целом европейской культуре в XI-XII столетиях. Наиболее серьёзный вклад в опровержение "традиционного" видения этой ереси как ветви восточного манихейства внес Жан Дювернуа. В его книге "Религия катаров" впервые, благодаря изучению полного собрания различных типов документов был проведен исчерпывающий анализ исторических данных средневекового религиозного феномена, называемого катаризмом. Автор пришёл к выводу об исключительно христианском контексте катаризма, и с тех пор этот вывод является господствующим в среде современных историков [30].

В 90-х годах ряд историков, в частности Моник Зернье, призвали пересмотреть существующие представления о ересях Средневековья, в том числе о катарах, обращая особое внимание на полемические приемы, с помощью которых в сочинениях теологов конструировалось представление о единой ереси как о единой угрозе католической общине-ecclesia [31]. В сборнике статей 1998 г. "Inventer l'hrsie?" ("Выдуманная ересь?") [32], в котором принимали участие такие медиевисты, как Роберт Иан Мур, Жан-Луи Биже, Жан-Даниель Дюбуа, Доминик Ионья-Пра, был окончательно определён разрыв между двумя направлениями французской еретиковедческой историографии: школой Дювернуа-Бренон, рассматривающим церковь катаров в организационном и доктринальном единстве [33], и "деконструкционистским", представляющим катаризм как "воображаемую идеологическую структуру без реальных оснований" (Жан-Луи Биже) и отрицающим единство и существование катарских церквей [34]. Тем не менее, "деконструкционистское направление" объединяет достаточно узкий круг медиевистов, а его выводы не разделяются большинством специалистов в области катаризма, которые считают, что "деконструкционисты" игнорируют критический анализ всего комплекса источников, существующих в этой области, и особенно аутентичные источники самих катаров [35] [36].


5. Терминология катаров

Adoremus См. Молитви

Adoratio Термин из инквизиторского словаря, презрительное обозначение ритуала просьбы о благословении, называемый катарами melhorament или melhorier. Акцентируя внимание на жесте коленопреклонения, которым сопровождался этот обряд, Инквизиция пыталась высмеять эту практику, называя её обрядом "почитания" верующими еретиков.

Albanenses Так называли итальянские доминиканцы членов катарской Церкви Децензано (возле озера Гарда), предположительно основанной епископом по имени Альбанус, который в конце столетия спорил с другим катарским епископом по имени Гаратус. В XIII веке последователи Альбануса исповедовали так называемый абсолютный дуализм епископа Беллесманцы и его Старшего Сына Джованни де Луджио, автора "Книги о двух началах", тоже ставшего епископом около 1250 года.

Apareilement или Aparelhament Окситанское слово, обозначающее "приготовление" и представляющее собой церемонию коллективного покаяния, наподобие монашеской исповеди. Эта исповедь проводилась ежемесячно диаконами в мужских и женских монашеских общинах катаров. Эта церемония, называемая также servici, детально описана в Лионском Ритуале катаров. Для тех, кто хочет узнать больше, рекомендуется "La religion des cathares" Jean Duvernoy, в двух томах.

Caretas или Поцелуй мира Известная по катарским ритуалам практика, означающая "примирение, прощение" является распространенной в Средневековье христианской практикой. Поцелуй мира завершал литургические церемонии катаров. Свидетельства перед Инквизицией подробно описывают этот ритуал, говоря о "поцелуе в лицо" или даже "в губы": "Этим поцелуем Совершенные дарят нам мир, целуя два раза в губы, затем мы целуем их два раза таким же образом." Цитата из "Le dossier de Montsegur : interrogatoires d'inquisition 1242-1247". Показания Жордана де Перейль. Между Добрыми Мужчинами и Добрыми Женцинами, которым Правила запрещали прикасаться друг к другу, поцелуй происходил через посредство Книги Евангелия.

Consolamentum или Consolament Единственное таинство, практикуемое катарами и называемое ими "святым крещением Иисуса Христа". Речь шла о духовном крещении (в противоположность "водному крещению" Иоанна). Оно осуществлялось наложением рук, согласно обряду, схожему с раннехристианским (без материальных составляющих вроде воды и елея). Его ещё называли крещением Святого Духа- Утешителя, дополняющему крещение водой и сошедшего на Апостолов во время Пятидесятницы. Для катаров это крещение, совершаемое истинной христианской Церковью, имело также значение покаяния, поскольку оно смывало грехи и спасало душу. Оно совершалось над неофитами и означало их вступление в христианскую жизнь (орден), а для верующих - спасение души и счастливый конец (соборование). Литургические слова и жесты этого обряда подробнейшим образом описаны в трех катарских Ритуалах, дошедших до нас, как и в протоколах Инквизиции. " Теперь, желая стать совершенным, я обретаю Бога и Евангелие, и обещаю никогда больше не есть ни мяса, ни яиц, ни сыра, ни жирной пищи за исключением растительного масла и рыб, до конца своей жизни больше не клясться и не лгать, и не отрекаться от веры под страхом огня, воды или другого способа умереть. После того, как я пообещал все это, я прочитал Pater Noster Когда я сказал молитву, совершенные возложили Книгу мне на голову, и прочитали Евангелие от Иоанна. По окончании чтения они дали мне Книгу для поцелуя, затем мы обменялись поцелуем мира. Затем они молились Богу, делая много коленопреклонений." Цитата из " Документов Монсегюра: свидетельства инквизиции 1242-1247" Записано со слов Гийома Тарью де ла Гальоль.

Convenenza Окситанское слово, означающее "соглашение, договор". Во времена войны и преследований, начиная с осады Монсегюра, Convenenza стала договором между Добрым Человеком и верующим, позволяющим принять Consolamentum, даже в том случае, если человек потерял дар речи. Жордан дю Ма был ранен и получил утешение "у барбакана, который был возле машины. Туда пришли Добрые Люди Раймунд де Сен-Мартин и Пьер Сирвен, которые дали раненому утешение, хотя он уже утратил возможность говорить"Цитата из " Документов Монсегюра: свидетельства инквизиции 1242-1247" Записано со слов Азалаис, вдовы Альзю де Массабрак.

Endura Окситанское слово, означающее " пост ". Инквизиторы XIV века употребляли его, пытаясь обвинить последних Добрых Людей в поощрении самоубийств у верующих, которые получили утешение на ложе смерти, но выжили. Однако исследователи считают, что это было неверной интерпретацией ритуальных постов на хлебе и воде, которые новокрещенные должны были соблюдать, согласно Правилам. Существует только несколько примеров голодовок, предпринимаемых Добрыми Людьми, пойманными Инквизицией, которые отказывались от воды и пищи, чтобы не говорить на допросах, потому что инквизиторы предпочитали сжечь их живыми.

Melhorament или melioramentum Окситанское слово, означающее "стремление к лучшему". Приветствие Доброго Человека верующим, представляемое инквизиторами как поклонение. Встречая Доброго Мужчину или Добрую Женщину, верующий становился на колени и трижды простирался перед ними, говоря: "Добрый Христианин (Добрая Христианка), прошу благословения Божьего и Вашего." На третий раз он добавлял: "И молитесь за меня Богу, чтобы Он сделал из меня Доброго Христианина и привел к счастливому концу". Монах или монахиня отвечали на это: "Прими благословение Божье", а потом: "Мы будем молиться за Вас Богу, чтобы Он соделал из Вас Доброго Христианина и привел к счастливому концу".

Pater

Отче Наш или Святое Слово, фундаментальная молитва Христиан у катаров. Они говорили её ежедневно во время Часов, во время уделения Consolament, перед едой итд. Их версия не отличалась от католической кроме одного слова: вместо "хлеб наш насущный" они говорили "хлеб наш присносущий" - вариант, восходящий к переводу Св. Иеронима и акцентирующий на символическом значении хлеба, означавшего Слово Божье. Кроме того, они использовали греческую доксологию "Ибо Твое есть Царствие, и сила, и слава, во веки веков", на которую основывали свою веру во всеобщее спасение.

Бедные католики Катары были не единственными, восстававшими против клира, который накапливал богатства вопреки словам евангелистов. Дюран Уэска был первым создателем Ордена Бедных Католиков. После Собора в Памье в 1207 г., встретившись лично со святым Домиником, Дюран Уэска таким образом помог появлению Ордена Бедных Католиков. Они построили в 1212 г. два монастыря для братьев и для сестер в Эльне (Руссильон). Главная задача ордена состояла в том, чтобы постоянно проповедовать, подобно Совершенным жить в бедности, молиться и спать на голых досках Дюран Уэска на сегодняшний день известен по сражениям с еретиками, а в особенности своим трудом "Liber contra Manicheos".

Верующие Согласно Эвервину де Стейнфельду, в середине XII века, в Рейнских землях, верующие представляли собой средний этап между простыми верными (или слушателями) и еретическим клиром христиан или избранных. Путем возложения рук верующий становился неофитом. В Лангедоке XIII века Инквизиция уже различает только простых "верующих в еретиков", то есть людей, слушающих науку еретиков. Фактически верующие представляли собой массу верных, которые "верят в то, что говорят еретики и считают, что еретики могут спасти их души", - говорится в реестрах Инквизиции. В начале 14 столетия Пьер Отье определял верующего как человека, ритуально приветствуюшего Добрых Людей и просящего их благословения.

Грааль В средневековых романах Грааль ассоциируется с чашей, в которую была собрана кровь Иисуса и которую привез в Западную Европу Иосиф Аримафейский. Она стала объектом мистических поисков рыцарей Круглого Стола в таких произведениях, как: " Сказание о Граале" Кретьена де Труа, " Персиваль " Вольфрама фон Эшенбаха и прочих Этот миф о Граале, основанный на кельтской мифологии, использовали цистерианские проповедники. Между легендами о Граале и катаризмом с первого взгляда нет видимой и косвенной связи. Книга немецкого ученого Отто Рана "Крестоносцы против Грааля" (изданная в 1933 г.) впервые поставила этот вопрос на рассмотрение. В книге Жерара де Седа "Тайна катаров" приводятся все-таки имевшие место доказательства подобной связи.

Грехи Как и во всех монотеистических религиях, грех является нарушением человеком божественного закона. Для Христиан катаров этот божественный закон являлся четкими предписаниями и заповедями Евангелия: грехами для них были убийство, прелюбодеяние, насилие, ложь, кража, злословие, клятва, осуждение Любой их этих грехов означал для Христианина, то есть для катарского монаха, немедленную утрату христианского состояния. "Освобожденный от зла" через крещение покаянием, Consolament, и получивший благодать, Христианин у катаров не должен был грешить, потому что зло не могло больше действовать через него. Добрый Человек, который солгал, убил, поклялся или сознательно прикоснулся к женщине, должен был пройти через повторное крещение и повторное послушничество.

Две Церкви Пьер Отье и его товарищи проповедовали Евангелие ещё более ясно и аргументировано, чем их предшественники. Жестоко преследуемые, они ассоциировали себя с Христом и Его апостолами, которых мир преследовал до них, и называли Римскую Церковь-преследовательницу злобной и лживо христианской. Перекликаясь с рейнскими еретиками 1143 года, Пьер Отье проповедовал: "Есть две Церкви, одна гонима, но прощает, а другая владеет и сдирает шкуру". Каждый в то время понимал, какая есть Церковь Христова, а какая - от мира сего.

Джованни де Луджио Упоминается с 1230 года как Старший Сын катарского епископа Церкви Децензано. Возможно родом из Бергамо. Он является одним из наиболее ученых клириков своего времени. Он написал теологический катарский трактат, известный под названием "Книга о двух началах", от которого до нас дошёл только сокращенный вариант. Эта книга прежде всего была написана против тезисов катарского иерарха Дидье из Церкви Конкореццо и является вершиной катарской теологической рефлексии относительно проблемы зла. Трактат Джованни де Луджио написан по всем правилам средневековой схоластики середины XIII века. Он стал епископом Церкви Децензано около 1250 года, но через несколько десятилетий исчезает из документов, возможно став жертвой репрессий 1270-х годов в Италии.

Диаконы В катарской Церкви диакон являлся первой ступенью иерархии. Диаконы катаров должны были посещать религиозные дома для администрирования и дисциплинарных совещаний на определенных территориях внутри каждой Церкви. Диаконы также проводили церемонию коллективной исповеди и покаяния в мужских и женских религиозных домах. Религиозные дома, где жили сами диаконы, играли роль странноприимных домов. Все диаконы у катаров были мужчинами, нет источников, которые указывают на существование диаконисс.

Дом (монашеский) Монахи и монахини у катаров жили в небольших женских и мужских общинах в религиозных домах, напоминающих католические монастыри, но со свободным входом и выходом. Там они занимались физическим трудом и совместно практиковали ритуалы и таинства. Некоторые из этих домов служили также гостиницами, больницами или хосписами; некоторые имели специфические функции школ или семинарий. Таких монашеских домов, открытых для посещения, было множество в маленьких городках Лангедока. Большинство из них состояло всего из нескольких человек, иногда членов одной и той же семьи. Вдовы, замужние женщины, родившие многих детей, девушки-бесприданницы, - одним словом, все те, кто решил посвятить себя Богу и достичь спасения в качестве Добрых Женщин - жили в общинах, отнюдь не изолированных от мира, вместе со своими сестрами, матерями, тётями, иногда в том же доме, где жили остальные родственники, а иногда в соседнем доме.

Епископы катаров Общины у катаров управлялись получившими посвящение епископами на манер ранней Церкви. Как и католические епископы, они имели право посвящения вступивших в христианскую общину в их Церкви или епископства. Как епископы в Православной Церкви, они также были монахами. Первые еретические епископы упоминаются в Рейнских землях между 1135 и 1145 гг. Под конец 12 столетия уже известен епископ Церкви Франции, Ломбардии и четыре епископства Лангедока. Над епископами не было никакой централизованной власти наподобие папской, все Церкви были поместными.

Крещение Таинство, которое во всех христианских Церквях обозначает вступление в христианскую жизнь. В ранней христианской Церкви крещение означало также покаяние и отпущение грехов. Акт крещения тогда был двойным: водой (путем погружения) и Духом (путем возложения рук). Позже, Римская Церковь разделила два эти обряда, оставив название крещения за крещением водой, и сохранив возложение рук для посвящения епископов. В то же время значение крещения водой сузилось до смывания первородного греха, и все чаще стало совершаться над маленькими детьми. В катарских ритуалах Consolament, возложение рук, все время называется крещением:" Святое крещение Иисуса Христа", или "духовное крещение Иисуса Христа". Катары по-видимому сохранили черты крещения, характерного для ранней Церкви: руки возлагали только на взрослых, которые осознавали происходящее, и просили отпустить им грехи. Для них это было единственное истинное крещение, потому что крещение водой или "крещение Иоанново", совершаемое в Римской Церкви было с их точки зрения недостаточным для спасения. Кроме того, они считали, что только их крещение "основано на Писании".

Кладбища Катары не придавали никакого значения сакрализации тела и не верили в воскрешение в телах. Потому у них не было никаких особенных обрядов захоронения. Если обстоятельства позволяли, то умерших в ереси хоронили, как и всех остальных, на обычных приходских кладбищах. Если же местный священник запрещал это делать, то катарская община имела собственное кладбище, как например в Лордате или Пюилоране. Во времена подполья умерших хоронили где придется: в саду, на берегу реки итд. Инквизиция часто эксгумировала эти трупы и сжигала их.

Младший Сын и Старший Сын Впервые эти иерархические церковные степени упоминаются в Лангедоке в 1178 г. Старший Сын и Младший Сын - это коадъюторы катарских епископов. Они сразу же получали епископское посвящение и их функции можно было приравнять к епископским. Потому после смерти епископа, Старший Сын становился епископом, а Младший Сын - Старшим Сыном. Тогда выбирали и посвящали нового Младшего Сына. Далее иерархия катаров состоялда из диаконов, и самой нижней ступенью были Старшие и Приориссы (руководители и руководительницы мужских и женских религиозных домов).

Молитвы Как и все христианские монахи, Добрые Люди всю жизнь произносили молитвы в определенные часы. Прежде всего, это Benedicite (Benedicite, parcite nobis, Благослови и помилуй нас), Adoremus (Adoremus Patrem et Filium et Spiritum Sanctum,Amen - Поклонимся Отцу и Сыну и Святому Духу, Аминь). Далее, это фундаментальная молитва катаров, " Отче Наш ", которой Христос научил Апостолов. Простые верующие, ещё не освобожденные от зла, не обращались к Богу непосредственно с этой молитвой, но их просьба о благословении во время ритуала Melhorament и была молитвой. Но Как следует из "Реестра Инквизиции Жака Фурнье", (том 2, стр. 461-462, в XIV веке верующие произносили следующую молитву: "Отче Святый, Боже правый добрых духом, Ты, который никогда не лгал, не обманывал, не сомневался и не ошибался. Из страха смерти, которая всех нас ожидает, мы просим Тебя, не дай нам умереть в мире чужом Богу, ибо мы не от мира, и мир не для нас, но дай нам узнать то, что Ты знаешь, и полюбить то, что Ты любишь"

Облеченные в Святой Дух Термины hereticus indutus, heretica induta ("облеченный еретик")очень часто используются в архивах Инквизиции для обозначения катарских монахов, чтобы отличить их от простых верующих. Возможно, это происходит от того, что до преследований Добрые Люди носили специальные черные или темные монашеские одежды. Но верующие часто называли Добрых Людей "облеченными в Святой Дух".

Обеты Три монашеских обета, которые произносили катары, это: целомудрие, бедность и послушание. Это общие для всего христианства обеты, основанные на предписаниях Евангелия. Также к этому добавлялись обеты общинной жизни и воздержания, обет соблюдать монастырские часы ("литургические часы"). Практически вступление в христианскую жизнь означало для катаров полное посвящение, самоотдачу.

Пентаграмма Геометрическая фигура в виде пятиугольника, в которую вписана пятиконечная звезда. Эзотерики ХХ столетия безосновательно ищут в ней катарскую символику.

Рыба Как и все христианские монахи, которые жили в постах и воздержании, катары воздерживались от мяса, но не по определенным дням, а вообще, за исключением рыбы.

Семья (брак) Как и многие еретики XI-XII столетий, катары отвергали таинство брака, очень поздно введенного Церковью Римской (11 век), не желая смешивать божественное таинство и чисто материальный и социальный акт. Зачатие и рождение само по себе, без таинства, согласно христианской терминологии, является "телесным грехом". Катары говорили, что "познать телесно свою жену, как и другую женщину - это один и тот же грех". Они также считали, что эмбрионы в утробе - это просто тела, то есть сформированные дьяволом телесные оболочки, не имеющие ещё души. С другой стороны, рождение детей, согласно системе катаризма, было необходимым для "пробуждения мира", для того, чтобы души могли после смерти вселяться в другие тела и обретать новый шанс на спасение, пока все падшие ангелы не смогут наконец вернуться в Царствие. Некоторые доминиканские инквизиторы распространяли слухи, что катары могли бы привести человечество к исчезновению, запрещая рождение детей. Однако только катарские монахи и монахини принимали обеты абсолютного целомудрия, а их верующие женились (в том числе заключали браки в католической церкви) и заводили семьи. Они имели многочисленных детей, как и их католические соседи. Известны случаи, когда браки заключались между катарскими верующими через посредничество Доброго Человека, но без всякого таинства, только в качестве взаимного соглашения. Катары не считали девственность большой ценностью. Большинство из них становились монахами и монахинями в зрелом возрасте, после того, как они уже завели семью и поставили детей на ноги. Вступая в религиозную жизнь, часто одновременно, они освобождали друг друга от супружеских обетов. Истинным браком, о котором упоминается в Евангелии, ("что Господь соединил, человек пусть не разлучает"), для катаров был духовный брак души и Духа, происходящий во время Consolament, воссоединяющий небесное творение, разорванное после падения.

Смерть С точки зрения катаров, физическая смерть тела была признаком дьявольской природы этого мира. В целом это вписывалось в их идею о преходящем характере всего видимого и служило доказательством того, что злой творец неспособен создать ничто "стабильное и непреходящее". Смерть была злом и происходила от зла, Бог ни в коем случае не может наказывать ею или посылать на смерть. Именно поэтому катары отвергали учение об искупительной жертве Христа. Добрые Люди осуждали как убийства, так и смертную казнь. Наоборот, они давали обеты мужественно встретить мученическую смерть по примеру Христа и Апостолов.

Совершенные Католические полемисты называли совершенными тех, кто получил Consolamentum - Добрых Мужчин и Добрых Женщин, составляющих катарский клир, чтобы вызвать ассоциацию с манихейцами. Потом этим термином стали пользоваться инквизиторы, в контексте "конченый еретик" (perfectus = завершенный, законченный), то есть тот, кого можно отдавать в руки светской власти на сожжение. Сами они никогда себя так не называли. Совершенный или совершенная обязывались не совершать больше никаких грехов, которые Евангелие считает противоречащими Закону Жизни Христовой. Если несчастье (или зло) может добиться того, что кто-либо из них совершит малейшую ошибку, это значит, что зло ещё может действовать через этого человека, следовательно, его или её крещение аннулируется. Это название Добрых Людей инквизиторами приобрело популярность с 19 столетия, в основном в спиритуалистическом и эзотерическом контексте.

Стелы Долгое время катарам приписывались многочисленные дискообразные стелы, украшающие дороги возле деревень повсюду в Европе, особенно в Лангедоке, в основном возле церквей. Теперь ученые пришли к выводу, что это обычные христианские народные христианские символы на могилах или межевых столбах. На многих из них есть изображение человека, тулузского креста или Флер де Лис. Однако в Боснии есть стелы, возможно являющиеся надгробными памятниками на могилах катарских иерархов (stecci).

Ткачи Презрительный термин, употребляемый в контексте "мерзкая ересь ткачей и ариан ", чтобы обозначить еретиков первой половины XII века на севере Франции. Это слово было использовано во время миссии Бернара из Клерво на Юг в 1145 г. В 1157 году Собор в Реймсе принял меры против "ткачей-еретиков, которые перемещаются с места на место".

Троица Характерная для христианства концепция единства Бога в трех лицах - Отца, Сына и Святого Духа, выработанная Отцами Церкви. Христиане у катаров пользовались тринитарной терминологией, но без привязки к католической и вообще ортодоксальной доктрине. [37]


Примітки

  1. 1 2 Duvernoy Jean.La religion des cathares; L'Histoire des cathares, Toulouse, Privat (1977, 1978).
  2. Brenon Anne. Les Archipels cathares, L'Hydre, 2002
  3. Roquebert Michel. L'Epopee cathare, reed. 2 vol. Perrin, Tempus, 2006
  4. Julius Ficker, Reinald von Dassel, Reichskanzler und Erzbishof von Koln, 1156-1167. Aahen 1966, р. 94.
  5. О последних упоминает известный русский исследователь катаризма XIX в. Н.Осокин, называя их "катарами времён Августина".
  6. Brenon Anne, Le Vrai visage du catharisme, Loubatieres, 2004, p.39
  7. Milan Loos, Dualist Heresy in the Middle Ages, Prague, Czechoslovak Academy of Sciences, 1974, p. 250
  8. Мулен, Лео. Повседневная жизнь средневековых монахов Западной Европы (Х-XV вв.). М., Молодая гвардия. 2002.
  9. 1 2 Anne Brenon. Les Cathares, Albine Michel, 2007, p.54
  10. Robert Moore. The formation of a Persecuting society. Power and Deviance in Western Europe, 950-1250. Oxford, 1987.
  11. Ли, Генри Чарльз. История инквизиции. В трех книгах. Изд. "Брокгауз-Ефрон", 1911 г.
  12. Хроника Ландульфа Старшего за 1027 г. сообщает о замке Монфорте около Асти (в районе Турина), который был "полон знатными людьми, которых так запятнало еретическое лжеучение, что легче было им кончить жестокою смертью, чем отвратиться от него к целебнейшему учению Господа Христа". Хронист говорит о принадлежности к еретикам самой комитессы замка.
  13. Фей Мартіно. Два антагоністичних принципу і Порятунок: італійські катари XIII століття і Книга про двох засадах. Журн. Heresis, вид. Centre d'etudes Cathares / Rene Nelli. № 29, 1999 рік, с.7-29.
  14. Roquebert Michel.La religion cathare. Le Bien, le Mal at le Salut dans l'heresie medievale, Perrin, 2001.
  15. Жан Дювернуа, стаття "П'єр Отье" в Cahiers d'Etudes cathares, 47, 1970, p.9-49
  16. Brenon Anne, Le dernier des Cathares. Peire Autier (1245-1310). Perrin, 2006
  17. Проповідь Пейре Отье. Реєстр інквізитора Жака Фурньє. Изд. під. ред. Жана Дювернуа, т. 2, с. 422.
  18. Проповідь Гійома Белібаста. Реєстр інквізитора Жака Фурньє. Изд. під. ред. Жана Дювернуа, т. 2, с. 54.
  19. Проповідь Пейре Отье. Реєстр інквізитора Жака Фурньє. Изд. під. ред. Жана Дювернуа, т. 2, с. 408.
  20. Толстой Л. Н. заперечує Ісуса як Відкупителя - az.lib.ru/t/tolstoj_lew_nikolaewich/text_1110.shtml
  21. Л. Карсавін. Нариси середньовічної релігійності. (В СБ: Історія єресей. Москва, "АСТ" / "Люкс", 2004. С. 12)
  22. Malcolm Lambert. Medieval Heresy: Popular Movements from the Gregorian Reform to the Reformation, Oxford, Blackwell, 1996. pp. 105-146
  23. Carol Lansing. The Albigensian Crusade, Joseph R. Strayer, Ann Arbor, The University of Michigan press, 1992. pp. 175-239
  24. Gordon Leff. Heresy in the Later Middle Ages: The Relation of Heterodoxy to Dissent c. 1250-1450, vol.1, Manchester University Press, 1967. p.2
  25. Jean Duvernoy, La religion des cathares, Privat, 1977.
  26. Walter L. Wakefield / Austin P. Evance. Heresies of the High Middle Ages: Selected Sources Translated and Annoted, New York, Columbia University Press, 1991, p.511
  27. Bernard Hamilton. Wisdom from the East: the reception by the Cathars of Eastern dualist texts в кн.: Heresy and Literacy, 1000-1530, Peter Biller ed., Cambridge, Cambridge University Press, 1994, pp. 38-60
  28. Lorenzo Paolini. Italian Catharism and written culture, в кн. Heresy and Literacy, 1000-1530, op.cit, pp. 83-103
  29. Anne Brenon. Les Cathares, Pauvres du Christ ou Apotres de Satan?, Gallimard, 1997; Anne Brenon. Le vrai visage du catharisme, Toulouse, Loubatieres, 1988, 1995
  30. Jean Duvernoy, La religion des cathares, Privat, 1977
  31. Zerner M. Introduction / / Inventer l'hrsie? Discours polmiques et pouvoirs avant l'Inquisition. Sous la dir. de M. Zernier. Nice, Z'Editions, 1998. P. 7-12.
  32. Inventer l'hrsie? Discours polmiques et pouvoirs avant l'Inquisition. Sous la dir. de M. Zernier. Nice, Z'Editions, 1998. У збірнику.
  33. Дуже показові роботи багатьох істориків, зокрема Анн Бренон, що протиставляють церква катарів Католицької церкви: Anne Brenon. Les Cathares, Pauvres du Christ ou Apotres de Satan? Gallimard, 1997; Anne Brenon. Le vrai visage du catharisme. Toulouse: Loubatieres, 1988, 1995.
  34. Jimenez Sanchez P. Les catharismes: modles dissidents du christianisme mdival (XIIe-XIIIe sicles). Rennes: PUR, 2008.
  35. Див: Roquebert M. Le "dconstructionnisme" et les tudes cathares / / Les cathares devant l'histoire. Mlanges offerts Jean Duvernoy. Sous la dir. de Martin Aurell. Cahors, 2005. P. 105-133.
  36. Див Ecrire l'histoire d'une heresie. Actes du Colloque Memoire du catharisme 12 et 13 mai 2007, Mazamet, 2008.
  37. Brenon Anne, Le Dico des Cathares, Milan, 2000.

Цей текст може містити помилки.

Схожі роботи | скачати
© Усі права захищені
написати до нас
Рейтинг@Mail.ru